«Если хочешь что-то изменить — иди и меняй». Максим Нефедов о проекте «Ревитализация бизнес-климата в Украине» и евроинтеграции
В условиях полномасштабной войны бизнес и государство находятся бок о бок в борьбе с агрессором. Мы проживаем этап создания Новой Украины. Какой она должна быть для каждого сознательного украинца? Ожидает ли нас стремительный технологический прогресс, развитие милитари тех индустрии или поток иностранных инвестиций в украинский бизнес и восстановление? Каждый сценарий имеет право на существование. Но однозначно «Новой Украине» нужны новые правила игры, где государство и бизнес взаимодействуют друг с другом, имеют общие цели и планы на будущее.
Редакция Webpromo пообщалась с человеком, который прошел путь от бизнеса и инвестиционного фонда к государственной структуре. Максим Нефедов, руководитель проектов по поддержке реформ Киевской школы экономики, рассказал о главных проблемах сегодняшнего дня, возможностях и эффективности программ развития предприятий, перспективе западных инвестиций в МСБ, а также новом проекте «Ревитализация бизнес-климата в Украине».
Максим Нефедов, руководитель проектов по поддержке реформ Киевской школы экономики
Знакомство с Максимом: от инвестиционного фонда к Государственной таможенной службе Украины
У вас есть опыт работы как в госсекторе, так и частном предприятии. Расскажите о нем более подробно и как это сочетание влияет на вашу жизнь и взгляды?
Действительно, у меня разнонаправленный опыт. Более 10 лет я работал в сфере госуправления, корпоративно-финансовых структурах, руководил инвестиционным фондом. Еще 6 лет работал в госсекторе, в том числе Министерстве экономики и Гостаможслужбе. Также являюсь основателем общественной организации «Технологии прогресса»: занимаюсь поддержкой реформ, внедрением IT-систем, увеличением способности правительства в разных направлениях. К примеру, в сфере оценки убытков я соруководитель проекта Damage.in.ua. Надо упомянуть, что я еще и депутат Киевсовета и глава комиссии Цифровой трансформации.
Это возможность видеть жизнь с разных точек зрения и учиться новому. Много «шляп», но в общем стараюсь делать что-то интересное и полезное для страны.
В 22 года вы уже стали вице-президентом Dragon Capital, крупнейшей инвестиционной компанией в Украине. Расскажите об этом периоде вашей жизни. Не пугала ли вас в таком возрасте возложенная ответственность? Легко или сложно было управлять людьми в 22 года?
Не могу сказать, что в Dragon Capital я руководил большими командами. Опыт управления большими коллективами появился уже в инвестиционном фонде, когда действительно был портфельный бизнес, где работают тысячи людей. Dragon Capital — это опыт работы с высокооплачиваемыми и самомотивированными людьми. С ними легче работать. С другой стороны, у меня было не меньше опыта, чем у всех.
В 15 лет я поступил в университет, а в 18 пошел работать на полный рабочий день в инвестиционный банк. У Dragon Capital был довольно интересный период жизни, который я вспоминаю с улыбкой. Это было время расцвета украинского инвестиционного рынка, когда здесь находились иностранные инвесторы, большой спрос на украинские активы. Если посмотреть на людей, которые его начинали, то они разного карьерного пути. Иногда чувствовалось напряжение из-за большого количества работы, даже оставались ночевать в офисе. Но никто никого не заставлял, потому что была высока конкуренция в бизнесе и возможность показать результат.
Каких ошибок допускали, если посмотреть на тот период из вашего сегодняшнего опыта?
Бизнес — это конкуренция. Конечно, были тендеры, которые проигрывали. Из того, что могу упомянуть, был мандат совместно с Morgan Stanley на продажу ОАО «Родовид банка». В 2007 году начинался финансовый кризис, о котором уже говорили в мире, но до Украины он еще не дошел. Я хорошо помню встречу, когда украинская часть команды, в частности, руководитель направления по корпоративным финансам Dragon Capital, спрашивал британских и американских коллег о необходимости надавить на владельцев, чтобы закрыть соглашение максимально быстро. Но они ответили, что кризисы происходят каждый день. В результате сделку так и не закрыли. Через несколько лет «Родовид Банк» ликвидировали.
Трудно назвать подобные ситуации ошибками, это больше опыт. Задача инвестиционного консультанта — давать советы, но он не заставит владельца согласиться на покупку за 750 млн, если тот рассчитывает на 1 млрд.
Наши советы и принятые были решения чаще верными. Поэтому Dragon Capital, на мой взгляд, и сейчас является крупнейшим инвестиционным банком в Украине.
Кто были вашими менторами, учителями?
Все учились друг у друга. Даже у руководителей не было феноменального 30-летнего опыта. Молодой украинский рынок сильно отличался от того, что уже успешно работало на Западе.
Из смешного помню, что все едва не молились на учебник по оценке Дамодаран («Инвестиционная оценка», автор Асват Дамодаран — прим. ред.). Это классика из сферы оценки.
Доступа к информации было мало, потому классика считалась безоговорочной истиной.
Почему ушли из бизнеса на госслужбу? Какое достижение считаете самым большим за время работы в госаппарате?
После Dragon Capital еще работал в Icon Private Equity. Я перешел из сферы, где являлся инвестиционным консультантом, в сферу, где мог сам инвестировать деньги в клиента в секторе outside to inside.
После победы Майдана в 2014 году, понятно было, что не придут классные политики или отличные экономисты и что-то изменят. Опыт работы в инвестиционном банке и управление инвестфондом научили меня, что все государственные системы — это великие истории, где речь идет о тысячах людей, сложных отношениях сохолдеров, о доверии, изменении правил игры, которая не происходит просто потому, что так захотели или решили.
Если хочешь что-то изменить — иди и меняй. В то время я знал многих людей из правительства, которое формировалось. Написал, что готов помочь. Так и попал в госслужбу. Оказалось, что выйти из правительства намного сложнее😀. Много раз я был удержан от увольнения. Затем удерживало желание увидеть, как построенное было социализировано, укреплено и не развалилось сразу после ухода.
Моему карьерному пути повезло. Я был причастен ко многим реформам, которые считаются лучшими в Украине. Это электронные закупки Prozorro, система продаж и аренда государственного имущества Prozorro.Продажи, улучшение места Украины в рейтинге легкости ведения бизнеса и многие мероприятия в сфере дерегуляции, борьба с коррупцией в сфере внешнеэкономической деятельности или экспорт металлолома.
Кроме этого, создана новая Гостаможслужба с нуля. Не могу назвать это тотальной победой, потому что я проработал там всего 4,5 месяца. Но нам удалось создать государственный орган легко, быстро и без сбоев, максимально комфортно для бизнеса. Никто и не заметил, как это вышло.
Самым большим достижением считаю, что мне удалось собрать команды и людей, которые мне доверяли. Мы смогли показать людям, что возможны новые правила игры, когда государственная служба не только работает честно, но работает эффективно и комфортно.
Все привыкли, что с государственной службой работать тяжело, бюрократично, долго и скучно. Нашей задачей было изменить это видение. Появились новые истории, когда люди с гордостью носят футболки Prozorro и гордятся тем, что они причастны к этой сфере. Уже прошло 5 лет, а я до сих пор получаю уведомления от бывших сотрудников о том, что был лучшим руководителем в их жизни. Этим я горжусь больше, чем отдельной реформой. Я надеюсь, что мои последователи сделают лучше, чем удалось мне.
Часто бывает, когда люди бизнеса «не вывозят» госслужбу. Как происходил процесс, когда ожидания столкнулись с реальностью у вас? Как не попасть на крючок иллюзии «я сейчас приду и все кардинально поменяю»?
Я был хорошо подготовлен к работе на госслужбе. Во-первых, по образованию я макроэкономист. Во-вторых, у меня был большой опыт управления большими коллективами, в том числе коллективами людей, которые не хотят работать и говорят, что изменения невозможны.
Также имел опыт борьбы с коррупцией в бизнесе, в частности, в закупках, в агросекторе. Поэтому меня не сильно удивило что-нибудь в госсекторе. Напротив, я был даже положительно удивлен. Я нашел множество хороших, ценных и патриотических людей, которые готовы были поддержать изменения.
Процесс изменений в госсекторе более сложеный, чем в частном. Государственный сектор гораздо больше и влияет на бОльшое количество людей и бизнес. К сожалению, простых решений, где выиграют все, нет. Важно четко маневрировать в этих условиях. Нужно понимать свою антикоалицию, кто будет сопротивляться изменениям и почему.
Также государственные изменения отличаются масштабом. Я уверен, что у Webpromo есть клиенты, с которыми вы не смогли работать, не потому, что это плохие клиенты или вы плохое агентство. Могут быть разные взгляды на успех, финансовые возможности, не сошлись характерами и т.д. Государство не может отказать кому-то, оно должно всегда оглядываться на условно слабых и менее подготовленных. Поэтому часто государство уступает технологическому прогрессу и работе с инноваторами, потому что должно думать о тривиальных вещах, использовать Legacy системы (устаревшие методы, технологии — прим.ред.).
В бизнесе можно купить результат или опыт. В государственном секторе это невозможно, потому что нет денег, к сожалению. Реформы финансируют, как правило, доноры. В этом случае нужно почувствовать себя стартапером и пытаться придумать что-нибудь из ничего. С одной стороны — интересно, с другой — это большие вызовы. Многие вещи можно решить быстрее, если бы за них можно было бы заплатить.
Сотрудничество с KSE и проект «Ревитализация бизнес-климата в Украине»
Какой запрос, как у человека из бизнеса, сформировался у вас за время работы на госслужбе? С какой идеей и целями вы начали деятельность уже как руководитель KSE?
С личной точки зрения я и моя семья были счастливы, когда я вернулся в бизнес. Кроме того, еще занимаюсь общественной деятельностью.
Мое сотрудничество с KSE в первую очередь о возможности не только воплощать проекты, но и делать их полезными для украинской экономики, государственного сектора, холдеров, которым нужна поддержка. В данном случае, это Министерство цифровой трансформации, которому мы помогаем реализовать проект по поддержке малого и среднего бизнеса. Поскольку я работал с МСБ в Министерстве экономики, в рамках донорского проекта хотелось бы помочь Минцифре преодолеть часть кадровых и ресурсных ограничений.
Можете дать свою оценку, что сегодня происходит с бизнесом в Украине? Есть ли общий вектор, куда двигаться?
Сейчас российская агрессия является основным фактором, который влияет не только на малый бизнес, но и на любую сферу украинской экономики. Сегодня на первом плане стоят вопросы безопасности, релокации, нехватки кадров, уничтожения логистических цепей, необходимости поиска новых партнеров.
Я положительно удивлен стойкостью и мужеством украинского бизнеса, который даже в таких условиях показывает рост. Несмотря на все сложности, предприниматели пытаются приспосабливаться к новой логистике, дистанционной работе, перебоям с электроэнергией. За это время было восстановлено около 160 тыс. рабочих мест, снизилась доля неработающих предприятий, постепенно растут ожидания бизнеса и т.д. Украинцы удивляют не только меня, но наших европейских партнеров.
Конечно, преодолеть все проблемы невозможно, в некоторых секторах бизнес существенно страдает. Главный вывод — в Украине даже во время беспрецедентных боевых действий можно вести бизнес и многие предприниматели с этим справляются. Задача государства — по-максимуму помочь.
Как взаимодействуют KSE Foundation и KSE Institute?
Киевская школа экономики состоит из трех основных направлений. Первый — университет, где учится более 400 студентов. Второй — KSE Foundation, который реализовывает благотворительное направление. С начала войны через фонд прошло около $30 млн. Деньги перечислялись как на военные нужды, так и на восстановление амбулаторий, ремонт убежищ в школах и университетах.
Третье направление — KSE Institute. Это исследовательское учреждение, отвечающее за исследования, консультационный бизнес, сотрудничество с донорами, научные разработки. Я работаю в рамках KSE Institute, где воплощается проект помощи малому и среднему бизнесу «Ревитализация бизнес-климата в Украине».
Что такое проект «Ревитализация бизнес-климата в Украине» и какова его цель? Кто его финансирует? Какие задачи должна решить программа?
Это классический донорский проект, который длиться с конца 2020 года. Донором выступает британское правительство. KSE Institute является имплементатором программы, то есть технически выполняет задачи, согласованные с донором и бенефициаром — Министерством цифровой трансформации. Это и есть основная цель проекта. Государственный орган говорит, какая помощь нужна, донор финансирует, а KSE помогает, консультирует и реализует задачи.
Идею предложило Министерство цифровой трансформации, когда начало активно развивать Дия.Бизнес. Доноры были готовы поддержать.
Работа охватывает три направления:
- Аналитически-теоретический, где помогаем разрабатывать концепции и стратегии развития сектора, собираем аналитику и проводим исследования проблем, смотрим на международный опыт как общий, так и специфический, например реакции на катастрофы, как правительства разных стран реагировали на COVID-19 и т.д.
- Создание и помощь в развитии Офиса поддержки предпринимательства и экспорта. Это также одна из организаций, которая осуществляет политику в сфере МСБ. Министерство определяет закон и правила, но технически кто-то должен это воплощать.
- Конкретные пилоты, где пытаемся подготовить разные программы, которые помогают убедиться в эффективности и научиться. После этого правительство может масштабировать эти программы, их элементы, получив площадку для эксперимента. Одна из проблем государственной службы состоит в том, что нет возможности экспериментировать. Поэтому гибкие донорские проекты позволяют быстрее найти оптимальное решение на основе уже полученного опыта.
К сожалению, воплощаем проект в турбулентное время, что сильно влияет на цели, которых хотели достичь.
Как вы видите план проекта? Какие конкретные шаги вам кажутся наиболее эффективными в улучшении бизнес-климата в Украине?
За это время мы создали полноценную стратегию со многими ключевыми и операционными целями. При этом постоянно корректируем планы работы в зависимости от изменения ситуации и потребностей. Некоторые меры теряют актуальность или появляются новые вызовы.
Из тех результатов, которые достигнуты, — уже разработаны десятки аналитических материалов, существенная часть из которых ушла в работу и воплощается правительством. Было создано агентство поддержки предприятия и экспорта, внутренние политики, необходимые для его работы, руководства, HR-политики, финансовой работы, управления торговой маркой Дия.Бизнес и т.д.
В декабре запустили пилот для помощи бизнесу в повышении бизнес-навыков. Сейчас находимся на этапе внедрения второй части, где на базе Дия.Бизнес Варшава пытаемся научить 20 украинских МСБ бизнесов экспортировать свою продукцию. (Дия.Бизнес Варшава — это первый международный центр поддержки для предпринимателей из Украины, которые приехали в Польшу в связи с российской агрессией. Агентство интернет-маркетинга Webpromo принимало участие в разработке сайта, а также активно работает над развитием экспортного направления для украинского бизнеса — прим.ред.)
Бизнес-климат в Украине сегодня и участие МСБ в экономике
Какие ключевые факторы влияют на бизнес-климат сегодня? Как изменилась ситуация и вызовы для МСБ во время полномасштабного вторжения?
Как я отмечал, основной фактор — война. Кроме этого, остается большая проблема с бизнес-навыками. Большое количество предпринимателей никогда не учились бизнесу, поэтому им сложно разрабатывать бизнес-планы и стратегии, использовать цифровые финансовые и маркетинговые инструменты, продажные механизмы. Часто у них нет навыков управления персоналом, системного менеджмента. Похожая ситуация во многих странах, но в Украине бизнес долгое время считался спекуляцией, особенно в советские времена.
Экспортные рынки, особенно европейские, открываются для Украины, в том числе благодаря положительному имиджу украинцев, украинскому бизнесу и товарам. Они могут продаваться с брендом «проверенные войной».
Сегодня выходить на международные рынки — это жизненная необходимость, не просто прихоть. Чтобы бизнесу существовать вообще, важно уметь создать маркетинговую кампанию, хотя бы самую простую на польском языке, знать, как заказать рекламу и сделать эффективный SMM. С одной стороны, кризис открывает новые возможности, с другой — это большая турбулентность. Если ты не умеешь меняться, к сожалению, можешь сильно пострадать.
Еще одна из целей проекта — наэкспериментировать механизмы, которые позволили бы помочь и профинансировать, поддержать максимальное количество бизнесов. Важно, чтобы малые и средние предприятия как минимум продолжили свое существование, а как максимум могли расти и развиваться.
Какие секторы считаете наиболее перспективными для развития в Украине с целью повышения конкурентоспособности страны? Какие из них нуждаются в бОльшем финансировании и поддержке для развития?
Малый бизнес работает в сервисной экономике, производстве одежды, обуви, занимается украшениями, ремонтами, сельским хозяйством, IT и т.д. Любая область может быть успешной.
Сложнее будет в той нише, где большая зависимость от наличия ресурсов, в частности энергии, тепла, воды. Гарантировать безопасность в текущих условиях сложно. Имплементировать экономные виды производства, энергоэффективные технологии, повторную переработку сырья — большой вызов.
Большего финансирования нуждается капиталоемкий бизнес, где нужны станки, оборудование, бесперебойная поставка сырья. Но в основном малый и средний бизнес больше нуждается во вкладе труда, чем в капитале. Поэтому ниши МСБ в Украине имеют перспективу или могут поддерживать собственное существование до победы и тогда вернуться на привычный трек роста.
Какие преимущества инвестирования в Украину по сравнению с другими странами Центральной и Восточной Европы?
Во время войны тяжело найти очевидный позитив. Основная мотивация для будущего инвестора — тот факт, что Украина избрала европейский путь развития и ЕС признал Украину Европой. Этот вопрос был неопределен в течение многих лет. К счастью, выбор сделан.
Сейчас мы находимся на стадии сближения, в украинской экономике этот процесс называется convergence. Конечно, не завтра и не с понедельника начнется «счастливое будущее», но очевидно, что Украина там. Потому инвестировать будет иметь смысл.
Я надеюсь, что после победы Украина сможет гораздо успешнее реализовать очевидные преимущества, которые имеет, в частности, в аграрном бизнесе, логистических коридорах, развитии IT и высоких технологий, развитии милитари теха и сектора обороны. Это перспективные направления. Например, новый бизнес, занимающийся военными или полувоенными дронами, для гражданского использования или авиатеха.
Как можно обеспечить бОльшее участие малого и среднего бизнеса в экономике Украины и увеличить их конкурентоспособность?
В рамках проекта «Ревитализация бизнеса-климата в Украине» мы определили, что в Украине нет проблемы с количеством малого бизнеса. Основная проблема — его качество, если говорить грубо и нетактично. В Украине большая доля предпринимателей «поневоле» — люди, ставшие предпринимателями, не имея другого выбора. В большинстве своем они имеют даже предвзятое и негативное отношение к бизнесу, скептически и осторожно относятся к рискам. Эти предприниматели часто недовольны своей жизнью, не хотят инвестировать в собственное развитие или управленческие технологии. Я не пытаюсь кого-нибудь обидеть. С другой стороны, эти люди добились невозможного, не имея опыта и знаний, начинали собственный бизнес, смогли удержать страну и экономику в суровых реалиях.
Сейчас существуют учебные программы для развития, финансирования, создания кластеров, обмена опытом, создания бизнес-клубов, что позволяет повысить качество бизнеса, перевести его на траекторию более качественного роста, более эффективной работы и бОльшей производительности.
Еще одна проблема — большое количество псевдо-предпринимателей. Люди, зарегистрированные как предприниматели, но де-факто наемные работники и воспринимают себя соответственно. Конечно, не каждый айтишник станет стартапером, но любая страна стремится повысить долю стартапов. Это тяжело и многие из них «умирают», но один из тысячи или десятков тысяч становится следующим Google или Facebook.
Мы заинтересованы придумывать и запускать программы или государственную политику, стимулирующую сектор МСБ. Важно, чтобы компании двигались по жизненному циклу: псевдопредприниматели становились предпринимателями; предприниматели «поневоле» становились предпринимателями с умеренным ростом, газелями и превращались в средний и крупный бизнес. Далее ими будут заниматься инвестиционные компании, например, Dragon Capital, и они будут выходить на биржи. Мы будем ими гордиться и читать о них в Forbes.
Новая Украина: от «совка» в западный мир
Есть ли возможность развития инновационных технологий в Украине, которые могли бы изменить экономику страны? Какие это могут быть конкретные направления (хелси тех, финтех, милитари тех и т.п.)?
В Украине активно развиваются инновационные направления, в частности, IT-технологии, аграрные и биотехнологии. Во-первых, у Украины большое и хорошо образованное население, которое может стать основой для развития. Украинские ВУЗы выпускают много специалистов, невзирая на отдельные проблемы. Во-вторых, у нас низкие зарплаты, если сравнивать с Кремниевой Долиной, например. Поэтому можно развивать технологии и экспериментировать с меньшими затратами и более эффективным результатом.
Еще один фактор — в Украине относительно хорошее качество жизни, по крайней мере, в больших городах. В отличие от стран третьего мира, украинские IT или агрокластеры до войны успешно развивались, для этого существуют все условия. При этом есть возможность отдыхать и позволить себе купить билет на Ryanair или Wizzair, если хочешь улететь в Европу на уикенд. У Украины есть потенциал во многих технологических сферах.
Как Украине не только быть хорошей площадкой для бизнеса, но и построить соответствующую репутацию? Мы все недавно были свидетелями событий, связанных с MacPaw. Как такие новости влияют на инвестиционный климат и как теперь восстановить/улучшить репутацию среди зарубежных инвесторов?
Если сравнивать инвестиционный климат в Украине сейчас или до войны и 10 лет назад, то это небо и земля. Я не хочу сказать, что все хорошо, есть много проблем, но Украина находится на правильной траектории евроинтеграции. Это, кстати, одна или основная причина российской агрессии, потому что со стороны им хорошо видно, как страна от «совка» идет в западный мир.
Есть проблемы в правоохранительной и судебной системах, но они уменьшаются. Компании до сих пор сталкиваются с рейдерством или несправедливыми решениями, но сегодня нет системы, как при Януковиче, когда даже тарифы называли на взятке одинаковые в любом государственном органе.
В этих условиях важно, чтобы формировалось доверие к бизнесу, а у бизнеса — доверие к государству. Государство должно заниматься дерегуляцией – установлением и поддержкой адекватных и равных правил игры. Государственные чиновники должны понимать, что существуют на средства налогоплательщиков, а не наоборот. Бизнес, в свою очередь, должен понимать, что государство — наше общее достояние и общая ответственность. Этот процесс требует времени. Если вы думаете, что для лучшей жизни нужно просто изменить закон, — это иллюзия.
Бизнес также должен перестраиваться: платить «белые» зарплаты, не уклоняться от налогообложения и не торговать контрабандой. Государство должно обеспечить справедливые суды и уважение бизнеса, предоставить сервис и т.д. Этим занимается Министерство цифровой трансформации и предоставляет офисы поддержки бизнеса Дия.Бизнес, куда приходят тысячи людей каждый месяц получать помощь и консультации или искать партнеров; предоставляет прозрачные онлайн-сервисы, где не нужно платить взятки, стоять в очередях и т.д. Это и есть новая Украина, которая заменит старую, «удобную» и коррумпированную.
Какой пример успешного восстановления после военных конфликтов мы можем опираться (Германия, Британия после Второй мировой, например)? Или будем строить стратегию по собственному опыту?
Следует учитывать успешный опыт восстановления, в том числе опыт азиатских и европейских стран после Второй мировой войны, опыт Хорватии или Словении после Балканской войны. Кроме этого, следует учитывать и неуспешный опыт, например ошибки, сделанные в Ираке и Афганистане. Однако утверждать, что есть идеальный пример, сложно.
Хотелось бы, чтобы Украина опиралась на помощь Европейского Союза, их структурные фонды, относительно быструю евроинтеграцию не только в цивилизационном или культурном смысле, в частности, интеграции торговых потоков в цепочки добавленной стоимости, технологические консорциумы, учебные и научные программы.
Как вы оцениваете эффективность программ и инициатив, внедряемых в Украине для улучшения бизнес-климата?
До начала полномасштабной войны большинство программ было направлено на консультирование. По моей собственной оценке, они не достигали целей потому, что в Украине большое количество МСБ и так структурировано, что не может получить доступ к банковскому финансированию.
После войны потребуются программы другого уровня, направленные на возобновление и восстановление бизнеса. Сейчас одно из направлений нашей аналитической работы — дать правительству основу для такого разговора с партнерами. Когда мы говорим о восстановлении, то подсознательно подразумеваем восстановление дорог, электростанций, школ или больниц. Условно о кирпичах, бетоне и оборудовании. Это важно, но нужно в том числе возобновлять бизнес, рабочие места и т.д. Во-первых, город это не только жилые дома и дороги, это кофейни, магазины, аптеки, парикмахерские. Во-вторых, там должны работать люди, зарабатывать и строить семьи.
Будущее украинского бизнеса и общества в мире
Как вы представляете бизнес-климат в Украине через 5 лет? Условно лучший и худший вариант интерпретации, по вашему мнению?
Не хочу говорить о худших вариантах, потому что от них нас защищает украинская армия.
Лучший вариант — Украина станет более либеральной страной с простым законодательством и администрированием налогов, доступным и справедливым правосудием; страной, которая уже вступила или находится на финальных стадиях вступления в ЕС, присоединения к европейскому рынку, европейским правилам игры, открытию для Украины всех возможностей, которые есть в ЕС.
Как вы видите свою роль в обществе и бизнесе Украины будущего?
Я, как инвестбанкир и консультант, буду продолжать работу в этой сфере. Хотелось бы инвестировать часть своего времени в социальную активность в рамках Киевской школы экономики. Мы стараемся работать над воплощением лучших технологий в государственном управлении, бОльшей прозрачности, борьбы с коррупцией и т.д. Возможно, потребности изменятся.
Моя мечта — Украина превратится из реципиента реформ и помощи в экспортера этих реформ и помощи другим странам, потому что это нормальный цикл развития. Так же как элементы Prozorro сейчас работают во многих странах мира.
Что бы вы посоветовали делать и не делать амбициозным и юным предпринимателям, опираясь на свой опыт?
Всегда искать свой путь. Я не поверю, что молодые предприниматели будут слушать посторонние советы.
Я бы посоветовал инвестировать время в собственное развитие и обучение. Многие проблемы, с которыми сталкивается бизнес в Украине и любой другой стране мира, сталкивались предыдущие поколения предпринимателей и поколения перед ними. В бизнесе почти все проблемы уникальны, но есть возможность копировать подход или сценарий для решения.
Поэтому инвестируйте в себя, в развитие, в новое мышление, общение с умными людьми, в поиск партнеров, менторов или друзей, на которых можно опереться и чей опыт можно использовать для ускорения собственного развития. Сейчас для этого есть все инструменты, начиная от соцсетей до блогов, YouTube-каналов и т.д.
Выбирая между сходить на 1 офлайн встречу и прослушать 5 выступлений онлайн, что бы вы выбрали и почему?
Нет универсальных рецептов. Я плохо воспринимаю видео информацию, больше люблю читать. Кто-то наоборот, предпочитает короткое видео. Это относится и к формату встреч. Офлайн нужны для того, чтобы наработать решение или обменяться информацией, где важно уделять внимание всем присутствующим.
Ко всему нужно относиться как к инструменту. Круто, что технический прогресс дает больше возможностей и не нужно ехать в другой конец города на встречу. А в других случаях лучше встретиться и устроить брейншторминг.
Какую страну следует посетить с предпринимательским вайбом?
Наиболее развита предпринимательская культура в США, потому что там люди не боятся рисковать. Человек, начавший и проваливший все стартапы, не считается неудачником, с которым не о чем говорить. Это интересно с точки зрения загрузки бизнес-идеями или фреймворком мышления.
Конечно полезно поехать и посмотреть на опыт других стран. К примеру, на людей в Нью-Йорке, для которых абсолютно нормально назначать бизнес-встречи на 7 утра. Но посещение Кремниевой Долины или другой страны не позволит вам стать супер успешным бизнесменом в Украине.
В инвестбанкинге широко распространена фраза — «хорошая имплементация перебивает плохую идею». Поэтому важно, как вы это делаете, а не уникальная фишка, которую вы где-то подсмотрели.
